Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

(no subject)

Официально это, конечно, считается работой, но не покидает меня ощущение, что на самом деле я учусь в очень странном университете – причем на всех факультетах сразу.

То есть, если сегодня я со всем усердием изучаю пищевой цикл и репродуктивную стратегию коловраток, то завтра мне нужно будет написать объемный реферат о ритуалах секты молокан-телешей, изредка прерываясь на то, чтобы внести правки в статью о биметаллизме.


Говорят, что некоторые журналисты умеют забывать.
Я не умею. Я помню каждое чертово слово каждой из миллиона своих статей, написанных про всё, что существует, существовало или могло бы существовать, да не сложилось в этой Вселенной.

Разговаривать со мной, конечно, совершенно невозможно, потому что я знаю ВСЕ вообще и лишь высочайшим напряжением воли заставляю себя молчать. Иногда. Например, чтобы собеседнику хватило времени и воздуха на то, чтобы сказать «Э…»
Спектр моих познаний настолько широк, что иногда мне хочется завернуться в него, как в простыню, уползти под кровать и дрожать там от всеведения.


Но я сразу сказала, еще когда выходила на работу
« Ребят, все что угодно – экономика, история, живопись, религия, политика, химия, биология, астрономия, этнография, антропология, нумизматика и смешные рассказы про зверюшек.Но есть три вещи, в которых я ни в зуб ногой и предпочитаю, чтобы это статус-кво сохранялось.
Математика ( во всех видах, включая программирование), техника (любая) и музыка ( то есть, я могу, но вы сами не захотите).»
Я храню свою девственность в этих областях знаний строже, чем сектантка из скопцов, непримиримее, чем коловратка. Это уголок живительного мрака незнания, в который я могу нырнуть измученным мозгом и восхититься непознаваемости бытия.

И именно на эти три темы со мной предпочитает общаться мой сын, когда со словами «можно на минутку?» он вечерами просовывается в кабинет, волоча за собой гитару, планшет или таблицу логарифмов.
Мне кажется, он делает это специально.

(no subject)

А вот еще, извините за термин, ржака музейная. Я тут усилиями маминых коллег была пропихнута в Общественный совет музея на Делегатской. Толку от этого пока никакого не было, если не считать одного общего собрания, на котором я совершила маленький гражданский подвиг – а именно, не устроила большого скандала. Потому что смотреть на это было, и правда, тяжело. Половину зала занимали всевозможные музейщики и искусствоведы, а вторую – бодрая духом молодежь из некой небезызвестной школы экономики.

Проводился бизнес-тренинг. В зале ощутимо благоухало Кафкой. Стратегия…ых… развития в ых..перспективах… Сейчас мы вам покажем наши воркауты и брейншторминги , утроим вам позитивную мотивацию!



В общем, такой хороший уровень понтового макдональдса за большие деньги. Кульминацией стала презентация проекта «Новые слоганы музея будущего» - или что-то в этом духе. Новые слоганы оказались на поверку довольно старыми и, в основом, выражали ту мысль, что русская культура – это зашибись, что такое. Под конец музей было предложено переименовать в Музей Красоты Русской Вещи.

Я посмотрела на сидящую неподалеку новоиспеченную директрису музея, которая весь этот праздник и устроила. Директриса сияла. Ей все нравилось.

- Кхм-кхм, - сказал какой-то бородатый музейный леший с заднего ряда. – Все это очень замечательно и интересно… но видите ли, ..кхм,.. тут наблюдается некоторая проблема…. Так сложилось, что этот музей - как бы федеральное учреждение и более половины экспозиции, не говоря уже о фондах... мда… в общем, у нас как бы много искусства национального… Адыгея там, ненцы, эвенки, народности Дагестана, калмыки, буряты… Чеканка горская, ковры. И всё, знаете ли, не так чтобы непосредственно русское, кхм…

Я посмотрела на организаторов презентации. Сказанное явно оказалось для них новостью. Взглянула на директрису. Похоже, для нее тоже.

Главный организатор мероприятия, гуру из экономической школы, сияя зубами, взялся исправить ситуацию.

- Ну, - сказал он, - можно это изменить. Можно, допустим, использовать более общий термин. Например Музей Красоты Национальной Вещи России.

Все облегченно заулыбались.

- Мнэээ… - не унимался леший. - Все это хорошо, но куда тогда мы денем нашу …эээ... весьма обширную коллекцию западноевропейского прикладного искусства?

- В общем, все это не так уж важно, - выкрутился гуру. - Важно, что мы все тут находимся…



И он был безукоризненно честен. Мне показали потом по секрету щедро оплаченную музеем смету этого мероприятия, включавшую в том числе и гонорар гуру, и я могу теперь присягнуть, что он и в самом деле имел веские причины тут находиться…

(no subject)

Ходила сегодня на Лубянку, в Политехнический музей - верифицироваться. Там был один из участков выборов в координационный совет оппозиции - в книжном магазинчике, в котором по такому поводу собралось примерно миллион людей, так что я верифицировалась, как могла, а потом пошла домой - голосовать с компьютера.

По дороге еще пирожков с мясом купили в монастырской лавке и изволили полюбоваться на поздние хризантемы в тамошнем палисаднике.



Возвращаюсь домой, сажусь оформлять свое волеизъявление, а из списка кандидатов на меня смотрит Олег Лурье.

Мамочки....

Вот он, цвет этого, как его, гражданского духа...

Я, надо признаться, Олега Лурье несколько потеряла из виду после того, как он сел на несколько лет за то, что пытался сенатору Слуцкеру впарить компромат на сентора Слуцкера. Это было совершенно в духе Лурье и совершенно в духе Слуцкера, и могло бы быть великолепной иллюстрацией к детскому рассказу "Про то, как один глупый кальмар попытался откусить кусочек акулы".

Отказывается, вновь обретя свободу, Олег Лурье стал видным оппозиционером. Причем настолько принципиальным, что, оказывается, из кандидатов в Координационный Совет в последний момент решил выйти, опубликовав заодно обличительное послание о нечистоплотности организаторов выборов.

Хотя я бы на месте Лурье постеснялась обучать чистоплотности даже обитателей свинофермы.



Вот, например, у меня дома, в стопке макулатуры лежит журнал "ВВП" за 2004 год. В нем - внутри и снаружи - около тыщи портретов Путина, а также много статей о том, каким уверенным шагом наша православная великая держава идет к сияющими высотам бытия под надежным и мудрым руководством ВВП. Статьи с названиями типа "Алгоритмы стабильности", "Генеральная прокуратура сообщает", "История завода Кристалл" и "Преображение Господне!"
ввп

И письмо главного редактор Олега Лурье, посвященное тому, как правильно сделал Путин, что разбомбил школу в Беслане, а все, кто смеют быть по этому поводу недовольными - те "псевдодемократы с сытыми лоснящимися ряшками".

"Себя они гордо называют "правозащитниками". Но, простите, мне они больше напоминают мелкую фарцу, бегающую между клиентами и пытающуюся нажить копейку-другую". "Вдумайтесь в само словосочетние "борцы за права человека"! - пишет Лурье. "К "борцам"и "правозащитникам" обращаются только те, от кого с брезгливостью отказываются даже самые квалифицированные адвокаты".



А теперь мы, стало быть, стали отважными борцами за гражданские права... ну надо же.

лурьепис