tataole

Category:


Когда я училась в богоугодном заведении, именуемом Литературный институт имени Горького, наша наставница Олеся Александровна Николаева, светоч русской христианской поэтической мысли, однажды додумалась до интересного педагогического хода - она решила разбить студентов нашего поэтического курса на пары -и чтобы мы друг другу побыли литературными критиками. Вручаем, значится, оппоненту поэтическое произведение, получаем взамен его продукт внутренней секреции - и выступаем со взаимными критическими очерками на семинаре.

Первый опыт такого оппонирования лично у меня не задался - девушку, анализ творчества которой я с блеском провела, в тот же вечер госпитализировали из общежития на скорой психиатрической - я до сих пор уповаю на то, что мой тонкий юмор , взыскательный вкус и образность выражений послужили лишь спусковым крючком, а проблем у барышни и без меня хватало.

Впрочем, с тех пор я рецензирую и редактирую тексты только тех людей, в железобетонных нервах которых я уверена.

И, кстати, Олеся Александровна тоже явно что-то насчет и меня и своей затеи сообразила и довольно быстро это критиканство отменила. Но еще один раз поучаствовать в этом безобразии мне пришлось - и уж напарника мне Олеся Александровна подобрала - ух! Веслом не перешибешь. Несгибаемый реалист -почвенник. Допустим, его звали Микулой Путятичем.

Я сразу решила, что к чертям все, я творчество Микулы, эту катастрофу румяную и торжествующую, и без того знаю. И слова дурного не скажу. Шедевр ты, брат, написал - и баста!

Он мне выдал стих, начинающийся так

"И Тараса, и Богдана гнев

Разольют округ изюбра струны..."

Я, памятуя о скорой психиатрической, сразу сообщила, что это свежо и кхм... небезынтересно, вот.

Хотя умирала от желания узнать, что несчастный китайский олень забыл в степях Украины и чем так прогневал ее национальных героев.

Взамен мне нужно было предоставить Микуле что-то из своего. И я дала ему самый простенький и коротенький стишок, который написала еще в школе. Вот этот.

"Мадам фарфорового сада

Следит глазами золотыми

За бабочкой. Ей серенады

Поют контральтами густыми

Цари пустынных переулков,

Князья заброшенных дворов -

В потрепанных тигровых шкурках

И со знаменами хвостов. "

На, типа, Микула, грызи, кромсай, не жалко. Тем более есть неделя на размышления до следующего семинара.

На следующий день он отловил меня в коридоре.

- Слушай, а про что это вообще?

- В каком смысле?

— Ну, я ваще ничего не понял - короли какие-то, хвосты - это сюр такой?

- Да нет, - говорю, - это не сюр. Это можно сказать, суровый реализм. Суровый реализм про котиков. Ладно, ща все объясню.

И рассказала ему - про что это стихотворение, используя слова типа "реминисценция".

- Угу, - сказал Микула. - Слушай, а можешь мне все это записать? А то я так не запомню.

В общем, он зачел на семинаре написанную мною страницу и удостоился высокой похвалы Олеси Александровны, которая, видимо, желая впрыснуть в меня некую толику смирения, посоветовала мне брать пример с Микулы и писать критические разборы таким же простым, ясным и упругим языком, а не выдавать на гора тексты типа "образ струн из изюбра или изюбра внутри гневных струн - проскальзывает сквозь сеть сознания и остается неопределенным и неопознанным".

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.